|
|
||
Кейт Уинслет против голливудских стандартов
Британская актриса стала звездой Голливуда, но не потеряла своей независимости. Она сама решает, сколько и когда ей сниматься, и совершенно не переживает из-за морщин и лишних килограммов.
Мир узнал о Кейт Уинслет, когда она сыграла главную роль в фильме «Титаник». Жизнелюбивая молодая актриса сразу покорила сердца миллионов зрителей. Кейт была не похожа на большинство коллег своими крупными, по голливудским стандартам, формами, а журналистов поражала открытостью и простотой в общении. В ответ на вопросы о лишнем весе она только пожимала плечами: «Я довольна собственным телом и не собираюсь соответствовать чьим-то представлениям о красоте. Я — реальная женщина, а не модель из журнала». Кейт вообще отличается независимостью взглядов: она выбирает только те роли, которые кажутся ей глубокими и интересными, а если таких ролей нет, не хватается за любые проекты и терпеливо ждет. Эта стратегия приносит плоды: 31-летнюю актрису номинировали на «Оскар» уже целых пять раз, а недавно она стала лицом косметического гиганта Lancome. Длительные перерывы в работе Кейт проводит с пользой, посвящая время семье. У актрисы 6-летняя дочь Миа от первого брака с режиссером Джеймсом Триплтоном и 3-летний сын Джо от нынешнего мужа, известного режиссера Сэма Мендеса («Красота по-американски»). Кейт и Сэм — на редкость гармоничная пара. Они полностью сходятся во взглядах на жизнь: дети для них важнее самореализации в профессии, и супруги не задумываясь жертвуют работой ради семьи. — Ваш муж как-то сказал в одном из интервью, что вообще не будет работать, пока дети не вырастут… Правда? Надо ему напомнить. Спасибо, что рассказали мне об этом… (Смеется.) Но это было бы сумасшествием с его стороны: мне кажется, ни один из нас не бросит работу совсем. У меня были тяжелые моменты, когда я страдала, скучала по детям и хотела все бросить и перестать сниматься. Но Сэм сказал мне: «Ты не должна этого делать, потому что актерство — такая важная часть тебя». И я рада, что он меня поддержал: я ведь с детства хотела быть актрисой. Надо просто найти баланс между домом и работой. — Наверное, это нелегко… — Это очень трудно: мне пришлось стать организованной до смешного. И научиться выделять для себя то, что действительно важно. Например, не так давно моя дочь пошла в школу, и, когда мне предложили работу в это же время, я сказала: «Ребята, я не могу. Мне нужно быть рядом с Мией». Собираясь в школу, она плакала — но не от горя, а от радости и возбуждения. Я очень люблю такие моменты… Мы с Сэмом работаем по очереди, чтобы один из родителей всегда был дома с детьми. Таким образом, нам частично удается избавиться от чувства вины. (Смеется.) — За вами охотятся папарацци, и вашу семью разглядывают будто под лупой. Вы стараетесь оградить детей от этого аспекта жизни знаменитостей? — Мы прилагаем огромное количество усилий к тому, чтобы жить нормальной жизнью. Я не хожу на вечеринки — только в том случае, если это нужно для моего нового фильма. Мы с Сэмом стараемся не попадать в такие ситуации, где нас могут сфотографировать. И у нас в доме нет ни одного глянцевого журнала. Мне важно, чтобы дети не думали, будто наша семья — какая-то необыкновенная. — Многие женщины видят в вас идеал. Вас не страшит эта роль? — Совсем нет, я очень этому рада. Я принимаю себя такой, какая я есть, и всем желаю того же. В шоу-бизнесе царит культ худобы, и это меня ужасно злит. Глянцевые журналы теперь читают совсем юные девочки: им навязывают эти нереалистичные стандарты, и они садятся на диеты… В нашем доме мы не говорим о весе — вообще не затрагиваем тем, касающихся внешности. Женщина, которая иногда помогает нам по хозяйству, однажды сделала мне комплимент — сказала, что джинсы хорошо на мне сидят. Я попросила ее больше не делать таких комментариев и не акцентировать внимание детей на подобных вещах. Мне хотелось бы защитить свою дочь от стереотипов. — Для востребованной в Голливуде актрисы ваши взгляды кажутся весьма смелыми... — Мне повезло, потому что я никогда не была особенно тщеславной. Думаю, это родом из детства: моя семья была небогатой и у моей мамы даже не было туалетного столика с разными кремами и баночками. Меня никогда не учили тому, что, выходя на улицу, надо выглядеть презентабельно или что-то в этом роде. А сейчас меня больше волнуют мои дети, так что мне просто некогда думать о своей внешности. Когда тут красить губы, если надо делать школьные завтраки? — Трудно представить, что знаменитая актриса сама готовит детям еду… — Я знаю, многие думают, что актрисы не занимаются домашним хозяйством. Но я встаю в 6 утра и варю куриный бульон, чтобы вечером накормить семью супом. Для меня самое главное — чтобы все домашние были накормлены, выкупаны, вовремя отправлялись в школу и на работу… Поэтому в спортзал я хожу лишь изредка, когда выдается минутка. А вообще я довольна собственным телом и стараюсь просто не зацикливаться на этом вопросе. Я уже давно поняла, что никогда не буду ходить в узких джинсах. — И вы к этому нормально относитесь? — Абсолютно. В прошлом некоторые люди были не очень добры ко мне, когда публично обсуждали мое тело, но это их проблема, а не моя. — Иногда вы снимаетесь в обнаженном виде. Теперь, после рождения детей, вам это дается труднее? — О, я ужасно боюсь раздеваться перед камерой! Каждый раз, когда приходится играть такую роль, я задаюсь вопросом: «И зачем я это делаю? Ладно, это в последний раз. У меня двое детей, и мой обвисший живот уже не подходит для этого». — Вас не страшит перспектива старения? — Мне, скорее, нравится этот процесс. С годами я как будто врастаю в свою собственную кожу, и она становится для меня все более комфортной. Поэтому я готова к тому, что принесет с собой возраст. Друзья подшучивают надо мной: «Ты по-другому заговоришь, когда тебе стукнет 40 и все твои округлости устремятся вниз, к югу!» (Смеется.) Но я родила двоих детей, и все мои округлости туда уже устремились — моя грудь практически добралась до южного полюса! Текст: Pippa Smith КомментарииЗа рубежом — другие статьи: |
Добавить комментарий