|
|
||
Милен Фармер
Биография Милен похожа на собрание заблуждений. Она вовсе не Фармер, а Готье, француженка лишь наполовину – ее мать канадка, и волосы у певицы не рыжие – от природы она брюнетка. Ее жизнь так закрыта, о ней так мало информации, и все остальные расхожие факты тоже не слишком правдивы. Зато известно, что вот уже 20 лет она является самой популярной франкоязычной певицей, устраивает шикарные театрализованные концерты, снимает клипы, каждый из которых с бюджетом под миллион евро похож на маленькое кино. Она – то ведьма, то Пьеро, то шепчет какие-то заклинания, то выдает резкое Fuck them all. Странные тексты, странные образы. Ее не спутаешь ни с кем. Она до такой степени недосягаема, что во Франции дают интервью журналисты, которым удалось пообщаться с Милен! У нее самые безумные фанаты, которые ходят за ней годами словно тень, считают тексты ее песен за откровение и копируют ее образы из клипов. Какой артист, такие и поклонники. Как-то один из них, проживший два года вблизи певицы, оказался с ней в лифте и попросил его обнять. И Милен… обняла его! Человек еле остался жив от счастья. Тонкую душевную организацию Фармер так легко принять за эпатаж, а всю эту мистерию вокруг нее – за грамотный пиар. Но перед каждым интервью она действительно не спит неделю, а ее близкие утверждают, что нет добрее и ранимее существа. Парадоксально, но будучи успешной певицей, концерты Милен Фармер дает так же редко, как интервью. Поэтому стоило ей объявить дату следующего концерта в Париже – в сентябре 2009-го, как билеты на него стали распродаваться с космической скоростью. – Милен, после трех лет молчания вы запланировали собрать самый большой стадион Франции Stade de France. С чем это связано? – Без концертов становится скучно. Мне нужно придумать заново, наполнить мою жизнь. Как сказал Паскаль, нет ничего более невыносимого для человека, чем полный покой, без дел, без развлечений, без страстей. Смысл моей жизни – в моей работе, в представлениях, в отдаче. У меня такие воспоминания о последних выступлениях! И я снова хочу почувствовать эту атмосферу. – Это будет прощальное турне? – Я не знаю! Пусть это будет такой моей странностью, но каждый раз, когда я даю концерт, у меня искреннее и глубокое ощущение прощания. Просто находиться в центре внимания требует от меня таких огромных усилий, что после концертов я не могу думать о сцене. Но я никогда не буду использовать тему прощания для привлечения зрителей. – Многие певцы предпочитают залы с камерной атмосферой. Ваши залы становятся все больше… – Мне нравится идея безграничности. Хотя сама я стараюсь быть сдержанной и скромной, у меня есть потребность в огромном зале, меня это опьяняет. Я не думаю, что контакт с публикой зависит от размеров зала. Эмоции остаются эмоциями, отдача чувствуется всегда, равно как волшебство и желание, которые витают в воздухе. – Вы специально запланировали концерт на свой день рождения – 12 сентября? – Совершенно случайно. Я уже давно не праздную свой день рождения. Мысль о том, чтобы собрать людей для того, чтобы отмечать его, меня убивает. Да, я понимаю, почему вы улыбаетесь... Собрать вместо этого тысячи людей на Stade de France… Парадокс. Но это чистая правда: когда я наконец решилась на концерт, единственная свободная дата была 12 сентября, и я приняла ее как замечательный подарок. – В 2006-м вы спели в парижском зале Bercy 13 раз в общей сложности для 170 тысяч поклонников. Это придало вам уверенности в том, что вы соберете 80 тысяч зрителей на Stade de France? – Нет, конечно! Сцена далека от науки и не поддается математике. Я долго сомневалась. Но мои близкие внушили мне уверенность. Правда, с тех пор, как я согласилась, у меня сердце не на месте от волнения. – Все 20 лет вашей карьеры вы были очень закрыты. Это такая стратегия или ваша застенчивость? – В глубине души я очень замкнута. Я терпеть не могу говорить о себе самой. Но знаете, если подумать, молчание – это скорее то, что вредит успеху. Так что я рисковала. Просто потому, что у меня не было другого выхода. Даже если это расходится с мнением тех, кто думает, что знает обо мне больше меня самой, слова «карьера» в моем лексиконе нет! Я действую скорее инстинктивно. И так мало доверяю себе… – Но вы понимаете, что такое молчание может трактоваться как безразличие по отношению к вашим поклонникам? – С публикой у меня сложились взаимотребовательные отношения. Я от нее много требую, и она от меня – тоже. Она для меня как друг, которому вы не стали бы рассказывать что-то, и он бы это принял, просто потому, что он друг. – Вы гордитесь количеством своих поклонников или вас оно стесняет? – Я не знаю их имен, но я чувствую их энергию. Они мне помогают жить, они – мой стимул. Здесь нет речи о гордости или стеснении – в противном случае придется рассуждать об эго, а это печальная история. – За последние три года вы дали только два интервью. Вы считаете, что единственным средством самовыражения артиста должно быть его творчество? – В идеальном мире – да. Артист должен растворяться в своем творчестве, исчезать в нем. Таков его долг, как мне кажется. Но, тем не менее, как видите, я перед вами, отвечаю на ваши вопросы. Забавно… – В последние годы вы как будто стали немного более открытой. Может быть, это значит, что вы стали доверять себе больше? – Это скорее означает, что мне есть с кем разделить это доверие, и меня это успокаивает. – Как вы познакомились с Бенуа ди Сабатино – с человеком, с которым вы делите свою жизнь? – Мне нужно было найти режиссера-мультипликатора для клипа на песню C’Est Une Belle Journee. А Бенуа как раз режиссер и продюсер, и он моментально влюбился в маленького героя, которого я нарисовала для клипа. – Что нужно сделать, чтобы вас соблазнить? – Я не знаю… Может быть, предложить мне клубничное пирожное? Я его просто обожаю. – Вот уже 20 лет вам сопутствует успех. Как вы сами это объясняете? – Я как-то прочитала: «Успех – это не более чем разрешение продолжать». 20 лет спустя я расцениваю свой успех как желание публики видеть меня на сцене. К счастью, это желание никогда не пропадало. С моей точки зрения, это самое главное. – Как вы миритесь с быстро уходящим временем? – Мне очень нравится фраза Сэмюэла Беккета «Мое рождение было моим упущением». Вот уже много лет эта мысль сопровождает меня. Но я больше думаю теперь о времени, которое мне остается. Время мне не друг. Когда оно тянется, я скучаю, когда оно летит, я сержусь. Да мне вообще так непросто живется! – Вы производите впечатление меланхоличного человека. – Часть меня проживает в постоянной меланхолии, другая часть любит смех и веселье. К несчастью, в мире больше причин для меланхолии, счастье тут редкий гость. – От чего вы себя чувствуете по-настоящему счастливой? – От простых вещей каких-то… Рука друга, доброжелательность… – А вы знаете, что о вас говорят? Что вы живете с орангутаном в полном мраке и уединении… – Вы напутали – я живу с тарантулами, сплю в гробу и освещаю дом только свечами. Это к тому, что орангутан еще очень даже ничего! (Смеется.) – В начале карьеры ваш имидж был провокационно сексуальным, сейчас он стал мягче, спокойнее. У вас больше нет необходимости провоцировать? – Не волнуйтесь, в следующем альбоме вы станете свидетелями пробуждения чувственности в женщине, которая живет во мраке с орангутаном. – В ваших клипах постоянно прослеживается тема смерти, загробного мира. Вас это тревожит? – Это один из самых сложных вопросов, с которыми сталкивается человек. Обреченность на смерть меня повергает в меланхолию. Понимая всю суетность вещей, я знаю, что надо жить сегодняшним днем и не думать о плохом. Мысли о собственной смерти и о смерти близких так изнуряют. В то же время смерть в творчестве, во всех его формах – в литературе, живописи, фотографии – меня завораживает. В моем доме много вещей, напоминающих о смерти и тщете всего земного. Это такой способ принять невозможное. – Вы думаете петь до конца ваших дней или, возможно, закончите карьеру в какой-то момент? – Это вопрос, который стоит у меня на повестке каждый день, и ответ зависит от настроения. Сегодня день хороший, и я собираюсь петь как минимум до 12 сентября. Но я знаю, что придет и другой день, и тогда я почувствую необходимость уйти. Текст: Jerome Begle/Paris Match Фото: Reuters КомментарииЗа рубежом — другие статьи: |
Добавить комментарий