|
|
||
Владимир и Сергей Кристовские: семейный портрет
HELLO! представляет эксклюзивную фотосессию популярных музыкантов с женами и детьми, которых они долгое время скрывали от прессы. «Нам кажется, что в жизни есть две самые важные вещи: найти свое дело и вторую половину, и быть в этом счастливым» Три года назад братья Кристовские отправились из родного Нижнего Новгорода покорять Москву, и она сдалась им без боя. «Девушка Прасковья из Подмосковья за-за занавескою плачет у окна» — доносилось разве что не из кофеварки. Ну а финальная песня к блокбастеру «Ночной дозор» вывела молодую группу в ранг звезд первой величины. Гастроли, интервью, телеэфиры, толпы поклонниц — все то, о чем они лишь мечтали, подрабатывая то дворником, то санитаром в морге, то электромонтером, а то почтальоном или няней в детском саду, в считанные месяцы стало реальностью. Жизнь в стиле рок-н-ролл накрыла их с головой. В многочисленных интервью Владимир и Сергей рассказывали о чем угодно, но только не о личной жизни. Даже когда в желтой прессе стали появляться публикации о женах и детях, которых Кристовские тщательно скрывали, братья упорно отказывались давать какие-либо комментарии. Лишь для журнала HELLO! они сделали исключение и пригласили нас к себе домой в деревню неподалеку от подмосковного Красногорска. — Вы приехали из Нижнего Новгорода, покорили Москву и поселились в подмосковной деревне. Причем в деревне совсем не по элитному Рублево-Успенскому шоссе. Почему? Владимир. Начнем с того, что Рублево-Успенское шоссе нам не нравится. Мы бываем там с концертами и пока ничего хорошего не нашли. Представляете, как оттуда, например, в аэропорт добираться, если кто-нибудь из правительства по трассе едет? Мы же так никогда не улетим на гастроли! Цены там сумасшедшие, народ живет сложный. А в нашей деревне тихо, спокойно, от Москвы близко, магазины рядом, 5 минут до детского сада и школы. Нам же главное, чтобы удобно было, чтобы воздух свежий, а на остальное — плевать. Сергей. Мы всегда мечтали так жить. Думаешь, в Москве хорошо жить? В Москве хорошо работать. Владимир. Это когда один живешь, тебе все равно — Москва, не Москва, а как только появляются дети, сразу начинаешь думать, что лучше для их здоровья. Я снимал квартиру в Москве, а когда встал вопрос, о том чтобы перевозить семью, то снял для них номер в подмосковном пансионате. И как только появилась возможность, влез в долги и купил дом. Вот теперь мы его обживаем. Сергей. А мы с женой пока снимаем дом по соседству. Собственный еще только строим. — А чего вы жен-то так долго прятали? Владимир. Думали сначала, что личная жизнь есть личная жизнь, что не надо к семьям внимание привлекать… Но в желтую прессу все равно просачивалась информация — то фото с женами, то с детьми. Сергей. Чтобы имена хотя бы не путали. Владимир. У меня старшую дочку, например, все время называют Яной, хотя она Ясмин. — Откуда такое имя? Владимир. Ясмин Лебон — модель и супруга вокалиста группы Duran Duran. Очень красивая тетка. Мы с женой увидели ее в журнале и решили назвать ее именем дочь. Но мы от темы отошли. — Вы давно женаты? Владимир. Мы с Лерой поженились, когда мне было 20, а ей 18. — Родители, наверное, были не очень довольны? Владимир. Да нет, родители были рады дочку спулить. Со своей шеи пересадить на мою. — Но они ж не знали, что пересаживают на перспективную шею. Владимир. Вообще не подозревали! Отдавали за неуча, пэтэушника, хулигана и прочее, прочее… Лерина мама меня поначалу наркоманом считала и говорила: «Ты посмотри на его глаза! Посмотри! Ты просто ничего не знаешь». «Любила» она меня, одним словом. А теперь говорит, ничего глаза, добрые. (Смеется). Сергей. А мы с Наташей были постарше, когда поженились: мне — 24, ей — 21. До свадьбы виделись всего один раз. Познакомились в Нижнем Новгороде, а потом Наташа уехала к себе в Белоруссию. Я позвонил ей через какое-то время домой и сказал: «Приезжай ко мне жить». И все, она приехала. 11 лет уже живем. — Это не байка? Сергей. Какие тут байки? У нас трое детей. — У вас у каждого по трое детей. Как на такой подвиг решились? Владимир. Глаза боятся, а руки делают! (Смеется). Сергей. Просто мы любим детей. Для мужчины дети ведь не помеха карьере. Наоборот, стимул. Да у нас еще и карьеры никакой не было, а по двое детей уже родились. Владимир. Нет, у меня Стася родилась, когда я уже в Москве жил. Вообще если бояться, что дети работе помешают, то можно всю жизнь одному прожить. — В прошлом году у вас почти одновременно родились малыши. Как так получилось? Сергей. С гастролей приехали, вот через 9 месяцев и появились. — Жены, наверное, в одном роддоме лежали? Владимир. Хороший вопрос. Сейчас у директора спросим. Он же детей принимал. Мы в то время на гастролях были, приехали только через неделю. Да, говорит, в одном. — Неужели нельзя было от гастролей отказаться? Сергей. Как же откажешься от них. Во-первых, зрители для нас очень важны, а потом мы же понимаем, что выступления, съемки, выпуск альбомов — это бизнес. Даже общение с журналистами — работа. — С таким плотным гастрольным графиком и такими большими семьями хватает времени на увлечения? Знаю, что вы большие любители спорта и скоростей. Владимир. Да, я еще несколько лет назад увлекся сноубордом, теперь каждую зиму стараюсь выезжать на горнолыжные курорты, в этом году, например, снова был в Куршевеле, мне там очень нравится, потом еще и в Швейцарию заглянул — опробовал склоны. А недавно в Египте «подсел» на виндсерфинг… Я вообще люблю всякие такие скоростные штуки — сноуборд, велосипед, мотик. И, кстати, стараюсь свою старшую дочь Ясю к спорту приучать, она со мной уже с гор катается. Сергей. Я тоже горные лыжи люблю, сноуборд пытаюсь освоить. В юности хоккеем занимался профессионально, пока травму не получил. Теперь играю в удовольствие. Мы еще и потому в деревне живем, что здесь и на мотоцикле можно прокатиться, и на лыжах в лес сходить… — Поклонники местные не одолевают? На свадьбы, к примеру, не зовут сыграть? Владимир. Не, не одолевают и не зовут. Деньги, наверное копят. (Смеется). — Кстати, сколько девушек Прасковий из Подмосковья вы в жизни встречали? Сергей. Нет, вторая была просто Прасковья, не из Подмосковья, так что одну.Владимир. Но мы реально реабилитировали имя и ввели на него моду. Прасковьи вышли из тени! Сергей. Надо посмотреть статистику, насколько чаще стали девочек Прасковьями называть. — Ну а с Умой Турман связь не наладили? Владимир. Не, она ж не в Подмосковье живет, до нее так просто не достучишься. Наши продюсеры Алена Михайлова и Лиана Меладзе вышли наконец-то на ее агентов, но пока все в процессе. — Вы свою карьеру как планируете: будете петь до старости или через несколько лет уйдете в продюсеры — молодым помогать? Сергей. Кто знает… Мы пока серьезно об этом не задумывались. В принципе у нас в жизни столько всего было, что если уйдет популярность, перестанут зрители на нас ходить, то мы без куска хлеба не останемся. Владимир. Как бы то ни было, я все равно буду зарабатывать музыкой. Я к этому очень долго шел. Мне так нравится петь, что, наверное, буду старичеллой, как Френк Синатра, только с гитарой. Правда, петь уже тогда придется для любителей жуткого ретро. — А для детей какого будущего хотите? Сергей. Светлого. (Смеется). — Ясно, что светлого. Только каждый в это понятие что-то свое вкладывает. Владимир. Это, конечно, так. Но все хотят, чтобы дети были здоровы, чтобы им жилось лучше, чем родителям. Нам кажется, что в жизни есть две самые важные вещи: найти свое дело и вторую половину, и быть в этом счастливым. Это ли не светлое будущее? Текст: Максим Андриянов КомментарииВ России — другие статьи: |
Добавить комментарий