Сергей Игнашевич

Знаменитый футболист недавно сложил полномочия капитана ЦСКА, но остался незаменимой частью обороны армейцев. Изменение статуса Сергея не волнует – минувшей зимой у него родился сын, и эту радость ничто не может затмить.

«У меня жизнь всегда была очень правильная. Я рано обзавелся семьей, стал отцом»

Трижды чемпион России, обладатель Кубка УЕФА, игрок московского ЦСКА Сергей Игнашевич – один из тех, за кого болела вся страна во время недавнего чемпионата Европы. Российская сборная в полуфинале уступила испанцам, но за последние 15 лет это был первый международный турнир, с которого наши футболисты возвращались героями. Игнашевич незаменим как в сборной, так и в команде ЦСКА, где он – один из лучших защитников. Перед полуфинальной встречей Сергей разговаривал по телефону со своей гражданской женой Натальей и взял с нее обещание после свадьбы поменять фамилию, если Россия выиграет в чемпионате. Этого, правда, не случилось, но, что касается славной фамилии, то ее уже пять месяцев носит Сергей Игнашевич-младший. HELLO! Решил узнать, как и когда познакомились его папа и мама и что они думают по поводу спортивного будущего своего сына.

– Наташа, вы – журналист, Сергей – футболист и, наверное, вы познакомились на работе?

Наталья. Точно. Мы познакомились перед эфиром телепрограммы «Нефутбольные истории», которую я вела.
Сергей. В сентябре была съемка программы, а потом мы случайно встретились на праздновании Нового года у общего друга и… через месяц уже стали жить вместе. Наши чувства были настолько сильными, что мы сразу поняли: мы созданы друг для друга.

– Сергей, сложно было совмещать личную жизнь и ваш жесткий режим?

Сергей. Ну, не такой уж он и жесткий.
Наталья. Они тренируются два часа в день – и все. После этого мы можем пойти в любое время в кино. А иногда он сидит час в бане, потом массаж – и это у них восстановительной тренировкой называется. (Смеется.)
Сергей. Это она завидует просто.
Наталья. Да, есть немного. Потому что вот он уже свободен и говорит: «Давай куда-нибудь пойдем», а у меня еще работы полно. И я никак не могла свою работу подогнать под его график.

– Когда вы поняли, что ваши отношения перерастают во что-то серьезное?

Наталья. Первое впечатление было, что мы совершенно не подходим друг другу. Потому что я до ночи привыкла сидеть на работе: в час приезжаю домой и считаю, что это нормально. А для Сергея это было чем-то неприемлемым, потому что ему надо рано ложиться спать – утром тренировка. И он недоумевал – как так можно жить…
Сергей. У меня жизнь, по сути, всегда была очень правильная. Я считаю, что рано повзрослел: с детства занимался футболом, жил на сборах. Родился я в Москве, но каждое лето проводил в деревне Хоростово в Белоруссии, откуда родом мой отец. Он же отвел меня в футбольную школу, и данные, которые у меня есть – сильный удар, выносливость, – это все от него досталось, он тоже играл, хотя и на любительском уровне. Семьи у нас в роду довольно большие, такие деревенские, поэтому я и сам хочу много детей. Я рано обзавелся семьей, стал отцом, стараюсь приходить пораньше домой, проводить время с ребенком… Так что сначала мне действительно трудно было привыкнуть к Наташиному образу жизни.
Наталья. К тому же Сергей очень не любит журналистов.
Сергей. Но ты – исключение.

– В итоге разногласия благополучно разрешились?

Наталья. Скажем так: я Сергея немного подмяла под себя, а он меня – под себя. Я стала раньше ложиться спать, вставать вместе с ним, варить ему кашу, потому что он привык ее есть – для спортсменов каша по утрам обязательна. А он начал ездить на тусовки с моими друзьями…

– А скоро у вас и ребенок родился. Это тоже результат полного взаимопонимания?

Сергей. Ребенок у нас запланированный, мы его очень хотели, очень ждали. Я мечтал о девочке, так как у меня уже есть два сына от первого брака. А Наташа – о мальчике, и чтобы он был похож на меня. Но, конечно, в жизни все происходит так, как хочет женщина. (Смеется.)
Наталья. Мне уже на УЗИ было понятно, что ребенок – папина копия! И я заранее стала называть его маленьким Сережей. А папа вообще хотел его назвать Васей или Афоней.

– Как Сергей-старший ведет себя с Сергеем-младшим?

Наталья. Я даже не представляла, что мужчины могут так себя отдавать детям. Когда, например, малыш плачет и я уже не знаю, что с ним делать, на помощь приходит Сережа. И через пару минут плач сменяется смехом.
Сергей. Это приятные хлопоты, мне только в радость помочь, позаботиться. С появлением ребенка возникает еще большее чувство ответственности, не только перед собой, но и перед сыном – ведь я должен всегда быть ему примером.

– То есть Сергея Сергеевича ждет спортивная карьера?

– Я считаю, что футбол и профессиональный спорт в целом сильно закаляют людей. Если я увижу в сыне желание и характер, то я, конечно, его подтолкну и отдам в футбольную школу. Но за уши я своего ребенка туда не потащу.

– А сами не планируете стать тренером?

– Такие мысли посещают меня постоянно: хотелось бы, конечно, связать навсегда свою жизнь с футболом. Мне пока 29, и я планирую еще лет шесть-семь на высоком уровне поиграть. Рано еще задумываться об этом всерьез.

– В Европе болельщики на стадионы ходят с родственниками, а игроки на поле нередко выходят со своими детьми после матчей. Например, Дэвид Бекхэм с сыновьями… Почему в России не так?

– У нас нет традиции «боления», нет такого восприятия футбола как праздника. Конечно, это плохо. Вот когда у нас будут такие стадионы, как в Англии, Испании, Италии, когда они будут регулярно заполняться, когда абонементы и места на стадионе будут передаваться из поколения в поколение, когда сын будет садиться на место отца или деда и знать, что никто другой туда не сядет... Вот когда такие традиции будут и у нас, тогда я с удовольствием выйду на поле с сыном.

Текст: Егор Скарлыгин

Фото: Михаил Королев


Комментарии