|
|
||
Людмила Гурченко: звезда навсегда
Роль в новогодней комедии «Карнавальная ночь» сделала ее звездой. К 50-летию фильма HELLO! представляет эксклюзивную фотосессию самой знаменитой и любимой российской актрисы.
После премьеры новогодней комедии «Карнавальная ночь» Людмила Гурченко проснулась знаменитой. Для неё и режиссёра Эльдара Рязанова это была первая большая работа в кино, и никто из них не мог предположить, что весёлое музыкальное ревю про то, как передовики производства встречают Новый год в Доме культуры, будет ждать такой успех. Но игра юной Людмилы Гурченко произвела фурор. Со времён музыкальных комедий с Любовью Орловой и трофейных фильмов вроде «Девушки моей мечты» на советском экране не появлялось таких необычайных героинь: красивых, жизнерадостных, сексапильных, наконец. Гурченко заявила о себе с апломбом голливудских звезд – не думая об этом, конечно, просто следуя своему исключительному актерскому дарованию. И зритель полюбил её – сразу и навсегда, он как завороженный смотрел на юную красавицу с её длинными ресницами, озорными глазами, умопомрачительной осиной талией и готов был снова и снова слушать «Песенку про пять минут» и «Песенку о хорошем настроении». С тех пор прошло 50 лет. Невероятная цифра! Полвека неугасаемой нашей любви – это очень много. Это целая история. В год юбилея фильма Первый канал предложил Эльдару Александровичу Рязанову для новогоднего эфира снять римейк «Карнавальной ночи». И Людмила Марковна вновь пела «Песенку про пять минут», но уже с новыми словами. Накануне премьеры картины «Карнавальная ночь-2» Людмила Гурченко согласилась на эксклюзивную новогоднюю фотосессию и интервью для HELLO!. – Людмила Марковна, фильм «Карнавальная ночь» принёс вам не только невероятную популярность, но и множество проблем, чуть не поставил крест на вашей карьере. С годами ваше отношение к картине изменилось? – Когда снималась «Карнавальная ночь», никто даже в самой-самой из фантазий не мог представить, что картина удержится надолго и будет любима несколькими поколениями. Весело, легко, с большим удовольствием снимались! Сейчас бы я сказала – работали! Шутя получился шедевр. Сейчас я это понимаю. И песни, и реплики разошлись и задержались надолго, и Рязанов надолго, и я с ним. А за большой успех и большая плата. Этой маской веселой девушки я расплатилась более чем десятью годами безработицы. Поэтому, когда сейчас пою «Пять минут», всегда, в любой развеселой обстановке, что-то там в мозгу тикает: не переходи линию, не забывай… И не забываю, нет-нет. – Другая песня – «Песенка о хорошем настроении». С простыми, бесхитростными и наивными советами, как жить с улыбкой. Прожив долгую и непростую жизнь, вы не разлюбили эту песню? – Наоборот, на «Хорошем настроении» я отдыхаю и думаю: нет, отношение к тем, кто меня принимает, не дрогнуло. Иногда мне кажется, что, когда я буду «отходить», в зале с нарядной елкой будет звучать: «И хоро-ше-е…». Просто вижу это. И с удовольствием пою. С песней «Пять минут» дело хуже. Я уже не понимаю, глядя на молодого человека, мастер ли он без пяти минут или не мастер. Тут время что-то здорово убрало. И даже не скорректируешь… А так поёшь на прошлом феерическом энтузиазме – слушатели довольны. И я тоже. – Все мы в юности представляем, как сложится наша взрослая жизнь. Ваши мечты осуществились? – В семье у меня не сложилось, как мечталось – слишком наивна и доверчива. Это хорошо в профессии и драматично в жизни. Но осуществилась главная мечта – стать актрисой, чтоб все меня знали! И, может быть, моя главная личная победа – заставить зрителя пойти в кинотеатр, где я не пою, не пляшу, а играю других замечательных женщин, порой с драматической судьбой. – Что для вас счастье в личной жизни, и счастливы ли вы сегодня? – Я всегда как-то съёживалась, если женщина возбужденно говорила: «Ах, если б вы знали, как он меня любит!!!» Нет-нет, может быть, он меня и любит, но с некоторых пор я тихо прибавляю важное короткое проверенное слово «пока»… – Многие считают, что вы всегда были интереснее ролей, которые вам предлагали. Вы с этим согласны? – Думаю, что за очень редким исключением, я играла роли, где всё дописывалось, импровизировалось, домысливалось, подсматривалось и часто дофантазировалось. А что делать? Не было выхода. В кино главное – результат, потому что некогда вживаться, «Мотор!» – и поехали. Особенно сегодня. Попробовала я «всунуться» в сериальчик. Утром приехала, через два часа в кадре, подряд 8 сцен из 4-х серий, вечером упала в поезд и как в тумане думаю: а что это было? а кто я? а кто режиссер? как его имя? Боже мой – домой, скорее домой и забыть! – В какой момент актер и его маска срастаются воедино? – Актер и его маска срастаются тогда, когда кроме маски у актера ничего больше нет. С другой стороны, если маска пришлась к лицу… В кино это уже биография. – В фильмах, спектаклях, фотосессиях вы выступали в самых разных обликах. Какой вам был ближе всего? – Не могу назвать какой-то один, мне нравятся разные облики. Мне нравятся красивые наряды из фильмов «Рецепт её молодости», «Идеальный муж» и в то же время вязаные костюмчики из «Любовь и голуби». Я люблю их все, потому что их любили женщины, которых я играла. В «Идеальном муже» у меня одной костюмы не того времени – накладные плечи, современные сапоги. И никто – ни зрители, ни журналисты этого не заметили. Значит, всё органично, всё рассчитано точно. – Что для вас красивое платье? – Я люблю соединение старинного покроя с очень современными деталями. Всё сильно смешать. Микс из меха, кожи, перьев, вышивки, легких юбок и трикотажа. В любом случае платье должно быть к месту и состоянию души. Для меня красивое платье – это всегда возбуждение к жизни. – Что вы готовы отдать за то, чтобы выглядеть великолепно? – Чтобы выглядеть великолепно? Не знаю, что можно за это отдать. Большие деньги? Не поможет. Артур Миллер (известный американский драматург и писатель, третий муж Мэрилин Монро. – Ред.) очень хорошо описал, как когда-то впервые встретил Мэрилин Монро. Он повернул голову в ту сторону, откуда лился свет, но увидел лишь нескольких женщин, которые сверкали своими бриллиантами. А закрыли они молодую блондинку в простом черном платьице. Вот от неё-то и исходило свечение. А «это» либо есть, либо нет. И никакой, самый моднейший лейбл не поможет. – За 50 лет вашей кинокарьеры изменилось всё: нет больше советского кинематографа, новая страна, новые возможности, новые герои… Что, на ваш взгляд, осталось неизменным? – Неизменными остаются, к сожалению, самые непопулярные понятия: «болит душа», «мне неловко, совестно», «я не смогу предать», «опереться на плечо», «с ним (с ней) я бы пошла в разведку» и так далее, и тому подобное. – В самом начале «Карнавальной ночи» Огурцов говорит: «Есть установка весело встретить Новый год». А как вы будете отмечать этот праздник? – Дома, тихо и мирно. С телевизором, откуда опять будут звучать «Пять минут». Только теперь песню будут исполнять новые артистки, у которых всё-всё впереди, и они даже не представляют, что через полвека какой-нибудь их фильм окажется шедевром. – «Пять минут, пять минут. Разобраться если строго, даже в эти пять минут можно сделать очень много». Что вы можете сделать за пять минут? – Я за пять минут могу влюбиться. И могу разочароваться в человеке. Такой вот противный характер. Текст: Максим Андриянов Фотографии к статье
* Нажмите, чтобы увеличить КомментарииВ России — другие статьи: |
Добавить комментарий