|
|
||
Америка Максима Галкина: эксклюзивный репортаж
Три недели популярный артист провел на гастролях в США. HELLO! отправился вслед за ним в Лос-Анджелес и Сан-Франциско, где Максима ждали не только полные залы зрителей, но и веселые приключения.
«Привет! Это Максим Галкин, — раздался в телефонной трубке знакомый голос. — Я только что прилетел, сейчас еду в отель. Встретимся вечером в театре Kodak». Собственно, ради этих слов мы с фотографом пересекли океан и в тот момент, сидя в забегаловке на Сансет-бульваре, обсуждали, как будем снимать репортаж о поездке популярного юмориста и телеведущего по Америке. Планов было громадье, и их выполнение зависело только от наличия у Галкина свободного времени и хорошего настроения. Как и договаривались, вечером мы приехали на Голливудский бульвар к театру Kodak, где у Максима должно было состояться выступление. У входа уже собралась внушительная толпа зрителей. Кто-то стоял в очереди в кассу, кто-то ждал своих друзей и знакомых. В соседнем Китайском театре в это же время проходила премьера очередного голливудского блокбастера, и, как нам показалось, народу возле него было немного поменьше. Получив свои пропуска, мы отправились в зал. В тот самый зал, где выступают мировые знаменитости и где Американская киноакадемия вручает «Оскара». Только мы успели осмотреться и представить, что Вупи Голдберг произносит со сцены наши имена, а в ответ мы благодарим наших родственников, дорогую редакцию и Господа Бога, как появился Максим Галкин. Одетый в светлые льняные брюки и белый пиджак, он абсолютно соответствовал духу Лос-Анджелеса: богатый, знаменитый, но при этом совсем без пафоса. То, что потом творил Галкин со зрительным залом, не поддается описанию. Два с половиной часа зрители смеялись без перерыва, из глаз у них катились слезы, кое-кто сполз под кресла... Последний номер мы смотрели уже из-за кулис и наблюдали, как зрительный зал стоя долго аплодировал Максиму. В Лос-Анджелесе Галкин жил в отеле Beverly Wilshire — том самом, где снимался фильм «Красотка» с Джулией Робертс и Ричардом Гиром. И ранним утром, совсем как в кино, ко входу подкатил лимузин, который Максим специально заказал для нашей поездки по городу. «В Лос-Анджелесе я уже третий раз, — рассказывает Галкин, пока мы едем в сторону холмов Санта-Моники. — Первый раз приехал четыре года назад. У нас тогда с Аллой Пугачевой был совместный тур: одно отделение она пела, а второе я рассказывал. Со мной еще мама ездила и брат с женой. Мне в Америке многое нравится. И, подозреваю, что может понравиться еще больше, если я проедусь по туристическим маршрутам. Мне бы хотелось добраться до Большого каньона, до горных районов, но пока на это нет времени». Хорошо, что у нас сейчас есть целый день, и мы начинаем нашу фотосессию с пляжа. Какая же солнечная Калифорния без океанского побережья? После Санта-Моники отправляемся в Голливуд, в парк развлечений киностудии Universal. Это, пожалуй, самое любимое место Галкина в Лос-Анджелесе. «А мой самый любимый аттракцион в парке — это лабиринт ужасов, — говорит Максим. — Первый раз я ходил в лабиринт с Аллой Пугачевой, так она сама напугала монстра чуть ли не до полусмерти. На каком-то из поворотов лабиринта она заметила, как тот выскакивает на впереди идущих посетителей, и прыгнула ему навстречу со страшным криком». В этом году лабиринт ужаса превратился для Галкина в лабиринт смеха. «Это прямо сюжет для эстрадного номера! — рассказал Максим, выйдя из тьмы на свет. — Представляешь, заходят сейчас в лабиринт шестеро слепых. Как на картине Брейгеля: первый с палочкой, а остальные держат друг друга за плечо. Монстры, видят, что перед ними слепые, и им ничего другого в голову не приходит, как выпрыгивать и хватать их за разные части тела. Те идут и повизгивают вроде как от ужаса. С таким же успехом они могли бы дома друг друга хватать за разные части, повизгивать и не тратить деньги. Но Америка — страна равных возможностей. И если уж американские слепые хотят в лабиринт ужаса, то будет им лабиринт!» Вечер наступил незаметно, с побережья подул прохладный ветерок, а предзакатные лучи солнца окрасили все в золотистый оттенок. Пришло время возвращаться в отель. Назавтра нам предстояло отправиться в Сан-Франциско — от Лос-Анджелеса всего полтора часа лета. Там у Максима должен был состояться последний концерт в его американском турне. В Сан-Франциско мы поселились в старинном отеле Fairmont, который сто лет назад чудом уцелел при землетрясении, разрушившем почти весь город. «У меня из номера как раз открывается вид на мост «Золотые Ворота», и сегодня нам повезло — нет тумана. Поехали?» — предложил Максим. Но, когда мы подъехали к мосту, нас ждало разочарование. Нет, тумана не было, но не было его потому, что дул сильный ветер и было очень-очень холодно. Фотографироваться оказалось невозможно — пришлось возвращаться в машину и выбирать новую точку для съемки. На пути обратно в даунтаун мы решили заехать в сквер возле Дворца изящных искусств, где накануне у Галкина был концерт. Если вчера здесь гуляла шумная толпа зрителей, то сегодня — почти никого. Но стоило отвлечься, как к Максиму подошли три скромные девушки. Сначала все подумали, что за автографами, но они достали фотоаппарат, и вторая мысль была: хотят сфотографироваться с артистом. Почти угадали. Китайские туристки, действительно, хотели сфотографироваться, но только на фоне живописного пруда. Для этого они и протянули Галкину фотоаппарат. До обеда мы еще успели прогуляться по набережной Эмбаркадеро, по улочкам даунтауна, посмотреть на уникальные канатные трамваи, и у нас осталось время лишь на интервью. После него у Максима была запланирована встреча с родственниками. Мы поднялись в его номер. Чемоданы уже собраны, с минуты на минуту работник отеля отнесет их вниз. Максим вообще быстро собирается — привычка много гастролирующего артиста. «Перед 20-дневной поездкой в Америку я собрался за полтора часа, — рассказывает он. — И это при том, что взял не так уж мало — два больших чемодана и два кофра. Просто когда ты ездишь куда-нибудь по 10 раз в месяц, сбор чемоданов становится таким же обыденным делом, как чистка зубов». — Ты, наверное, объездил с гастролями весь земной шар? — Не-е-е-ет! Что ты! — Разве еще остались такие места, где нет людей, говорящих по-русски? — Есть места, где нет такого количества русскоязычной публики, чтобы заполнять концертные залы. С гастролями я был в США, Канаде, Израиле, Германии, Австралии и Новой Зеландии. Естественно, объездил все бывшие советские республики, все более-менее крупные российские города, да и некрупные тоже. Так что попутешествовал немало. О многих городах имею свои впечатления. У меня ведь память хорошая, поэтому единожды побывав в городе, я запоминаю расположение улиц, каких-то достопримечательностей... И, приезжая вновь на гастроли года через 2—3, я без труда вспоминаю, где что находится. Без карты, без предварительной подготовки. Другими словами, топографическим кретинизмом я не страдаю. — Тебе несложно ориентироваться за границей, потому что ты знаешь несколько языков. — Как показывает практика, знание языков совсем необязательно. Так как Америка — страна эмигрантов, то тут легко можно объясняться жестами. Это не Франция, где желательно знать французский, потому что по-английски либо не говорят, либо не хотят говорить. — Еще тебе хорошо за границей гулять, потому что тебя здесь поклонники на улицах не одолевают. — Ага, как бы не так. Наши люди узнают меня везде! Но в Америке действительно поспокойнее. В Германии хуже. В Берлине невозможно ходить по центру города, потому что такое впечатление, что там только наши. И если уж они тебя узнали, могут преследовать несколько кварталов. Так иногда и хочется сказать: «Нам же не по пути!» Но боишься получить в ответ: «Ничего, я с вами пройдусь». Все в том же Берлине был со мной забавный случай. Иду, значит, по улице, разговариваю по телефону и попадаю в поле зрения компании русских девчонок. Они меня узнали и давай, как акулы, нарезать круги. Пока я им не предложил: «Может, вам, девушки, автограф?» Одной дал, второй, третьей, а потом смотрю, уже не русские девушки за автографами подходят, а турецкие рабочие. Они вообще не знали ни кто я, ни чем занимаюсь, но, видя, что какая-то халява пошла, на всякий случай присоединились. — Что за родственники у тебя в Америке? — Неподалеку от Сан-Франциско, в Сан-Хосе, живет мой двоюродный дядя по маминой линии. У нас с ним очень близкие отношения. С тех пор как в начале 90-х он уехал из России, я стараюсь в каждый свой приезд выделять несколько выходных дней, чтобы провести их с ним. По профессии дядя связист, но всегда увлекался карате. Хотя, что значит увлекался? Он увлекается карате так же, как я увлекаюсь эстрадой. — То есть? — Сегодня то, что много лет назад было увлечением, стало его работой. Он начал заниматься карате еще тогда, когда оно в Советском Союзе существовало на полулегальном положении, и достиг очень высокого уровня. У него был черный пояс, второй дан и собственная секция, куда, кстати, и я ходил пару лет. Приехав в США, дядя основал свою школу, которая оказалась очень успешной. Его ученики каждый год завоевывают медали на чемпионате мира в Лас-Вегасе. — Что тебя ждет в Москве, какие планы на лето? — Ну, у меня на лето не так много запланировано: телевизионные съемки, несколько концертов, выступления в курортных городах… и хозяйственные хлопоты. Я же давно купил квартиру в центре Москвы. Уже ездил смотреть — стены на месте. Теперь надо покупать плитку, краску, сантехнику, мебель... А еще, как ты, наверное, знаешь я загородный дом строю. — Да, про то, как ты обрастаешь недвижимостью в газетах много писали. — Да-а-а-а! Но пока видишь, какая у меня недвижимость (разводит руками, показывая на гостиничный номер). В Москве я до сих пор живу в старой квартире родителей. — Для тебя вообще важно ощущение собственного дома? — Да, мне хочется иметь свой угол. И как человек увлекающийся я заразился всем этим строительством. У меня, конечно, есть люди, которые разработали дизайн интерьеров, но отдать им все на откуп не могу. Сам хожу по магазинам, выбираю. В конце концов мне с этим жить, а не дизайнерам! А чем ближе к мебели и бытовой технике, тем больше нужно сил и времени. Мне в Америке очень нравится подход к дизайну интерьеров. Я журналов разных прикупил, идеи новые появились, приеду — буду воплощать в жизнь. Тут у Галкина зазвонил телефон. Дядя уже подъезжал к гостинице, и нужно было сворачивать разговор. Мы вышли на улицу, чтобы сделать последние кадры: Максим с дядей и его женой, Максим кладет вещи в багажник, Максим машет нам рукой из окна автомобиля. Наша работа закончена. Мы с фотографом отправляемся в Москву, а Галкину предстоит отдых в семейном кругу. В том самом кругу, про который он говорил в нашем предыдущем интервью: «Только здесь я могу по-настоящему расслабиться и просто быть самим собой». Текст: Максим Андриянов КомментарииВ России — другие статьи: |
Добавить комментарий