Федор Бондарчук

Известного режиссера трудно уговорить на съемку или интервью, и причина здесь самая уважительная — у него нет времени. Но в Сочи, на прошедшем «Кинотавре», HELLO! удалось это сделать. К Бондарчуку на несколько дней прилетел его сын Сергей, и мы стали свидетелями этой встречи.

«У нас с сыном отношения доверительные, мы с ним разговариваем долго, подробно, обстоятельно...»

Федор Бондарчук признается, что сейчас переживает едва ли не лучшее время в своей жизни. После сложнейшего проекта «Обитаемый остров», которому режиссер отдал несколько лет, огромные силы и невероятную энергию, он с головой ушел в актерскую работу, и это приносит ему истинное удовольствие. У него есть время заняться и другими интересными и новыми для себя вещами. Так, на фестиваль «Кинотавр» Бондарчук приехал в качестве председателя Попечительского совета, и об этой работе тоже говорит с энтузиазмом. То, что фестиваль вообще состоялся в наше непростое время, считает огромным успехом Александра Роднянского и его команды. «Очень важно было привлечь внимание государства к главному национальному кинофестивалю страны. Нам это удалось».

Ему вообще все удается — кого-то это восхищает, немало людей это раздражает, но факт есть факт. И объяснение этого факта очень простое: «Дело надо делать, господа!», как говорит один чеховский герой. Бондарчук дело делает и другого состояния для себя не мыслит. На фестивале он был в эпицентре событий: встречи, просмотры, обсуждения, записи телепрограммы. Он нарасхват у коллег и, конечно, у публики. Любой проход по улице превращался в один долгий эпизод раздачи автографов, и Федор это делал не формально, а с чувством, по принципу — если популярен и любим, неси ответственность! Он улыбается, подписывает, говорит по телефону, фотографируется с кем-то и снова говорит по телефону. Он занят. Он не кокетничает — он действительно занят. И поэтому ему охотно прощаешь почти часовое опоздание на съемку. Ожидание с лихвой восполняется тем, что приходит Федор Сергеевич не один, а с сыном Сергеем Федоровичем, который неожиданно оказывается совершенно взрослым, большим и серьезным парнем. Съемка начинается, и скоро становится понятно, какие у отца и сына доверительные отношения и как они при нас, людях посторонних, стараются не выказывать эту свою привязанность, брутально подшучивая друг над другом.

Потом Сергей уходит купаться-загорать, а мы говорим. О кино, конечно. Об этом Бондарчук говорит охотно и пространно, а вот о личном практически односложно, мгновенно переводя разговор в жанр блица. «А вот этого я вам не скажу!» — улыбается он в ответ на очередной вопрос. Но и это ему, конечно, прощаешь.

— Федор, ваше главное впечатление от «Кинотавра-2010»?

— Самое главное, что он состоялся в ситуации финансово сложной и нестабильной. Фестиваль получил государственную помощь и поддержку — 3 миллиона рублей от Министерства культуры, 600 тысяч от Краснодарского края. Это значит, что государство понимает всю важность и необходимость «Кинотавра» — главного национального фестиваля российского кино. Конечно, по отношению к бюджету фестиваля — это крохи. Я уверен, на плечах одного лишь президента фестиваля Александра Роднянского вытаскивать такое громадное предприятие неправильно. И новый мой статус председателя Попечительского совета «Кинотавра» состоит именно в том, чтобы привлечь к нему внимание государства.

— Вы нон-стоп смотрели кино. Понравилась программа фестиваля?

— Очень понравилась. Я небольшой специалист в организации такого рода программ, но, по моему субъективному мнению, есть некоторая схожесть с Каннами: когда на открытии и закрытии демонстрируются какие-то крупные, масштабные картины, а внутри фестиваля доминирует келейный артхаус не для всех, — это замечательно. И сама атмосфера фестиваля замечательная — объединяющая совершенно разных людей кино. Я в последнее время постоянно говорю: Get united! Объединяйтесь! И хотя фактически этого состояния пока нет, атмосфера уже есть — здесь вместе смотрят кино и Михалков, и Гусман, и Толстиков, и Члиянц. Я не говорю, что это конфликтная ситуация, но это люди, которые друг с другом спорят.

— «Кинотавр» вновь продемонстрировал, что у молодых российских режиссеров очень мрачный, депрессивный взгляд на мир. Что вы думаете об этом?

— Не согласен. Какое время — такой и кинематограф. На фестивале действительно очень сконцентрированно показана боль сегодняшнего дня, в такой масштабной дозе это воспринимается, быть может, шокирующе. Но я категорически за остроту взгляда, за преувеличение, за крик! Без этого нет кино. Кино — не встречи на красных дорожках уважаемых мною мероприятий. У кино другая территория, но она все чаще превращается в гламур. В гламур сегодня превращается все. И то, что мы в HELLO! сейчас с вами говорим об этом, — удивительно для меня. Пролистайте ваш журнал, скорее всего, вы не найдете там повода поговорить на темы за скобками гламура.

— Вы режиссер, актер, продюсер. Какая из этих форм деятельности сегодня для вас приоритетна?

— Сейчас я полностью отдаю себя актерской работе в двух фантастических проектах. Один — замечательного дебютанта Леши Андрианова, который снимает «Шпионский роман» по Акунину, это проект канала «Россия 1» и студии «ТРИТЭ» Никиты Михалкова. И огромный, ну просто неподъемный сериал Сергея Снежкина и продюсеров Роднянского и Мелькумова — «Белая гвардия» по Булгакову, тоже канала «Россия». В конце лета будут съемки у Авдотьи Андреевны Смирновой с Ксенией Раппопорт, жду этого просто с нетерпением!

— Федор, вы всегда в эпицентре событий — не только связанных с кино, но и общественных. Не так давно ваше выступление по поводу Марша несогласных вызвало бурю негативных эмоций в прессе и в блогах.

— Скажу вам то, что и говорил: достали мочить милицию! Это моя продуманная позиция — я же понимаю меру ответственности за свои слова. И понимаю, КАК мои комментарии будут обсуждаться в прессе и блогосфере. Но вновь повторяю: достали! У меня слишком много примеров других историй о милиционерах и военных, которые жизнь отдавали, Родину свою защищая. Поэтому я за них. И за закон. Соблюдайте его и митингуйте на здоровье.

— Вы очень часто вызываете огонь на себя. Что позволяет вам в любых жизненных ситуациях сохранять душевное равновесие?

— (Улыбается). А у меня есть жена. И семья. И настоящие друзья. Это то, что держит, дает уверенность, ощущение перспективы.

— На летние каникулы из Америки прилетел ваш сын Сергей. Где он учится?

— Он учится в Нью-Йоркской академии киноискусства. (New York Film Academy была основана 18 лет назад в Tribeca Film Center Роберта Де Ниро. — Ред.)

— Это был ваш выбор или Сергея?

— У нас с сыном отношения доверительные, мы с ним разговариваем долго, подробно, обстоятельно... И вот в этих общих разговорах и было принято решение — попробовать для начала курс продюсирования, который дает базу, хорошее общее образование. Сейчас Сергей подумывает о том, чтобы еще взять курс режиссуры.

— Один в чужой стране в 18 лет. Вы к нему туда летаете?

— Нет, я — нет. Света летает. А я его здесь принимаю на каникулах. Для меня практически невозможно 13 часов лететь в самолете, я с ума сойду.

— Как вы воспитывали сына? Ориентировались на то, как воспитывали вас?

— Ну конечно. Мы даем своим детям то, что когда-то сами получили от родителей. Но у меня не совсем стандартная ситуация. Дело в том, что мои мама и папа к своему браку уже прошли большую жизненную школу. Наверное, по этому им удалось избежать многих ошибок и создать очень цельную, очень настоящую модель отношений. Этот готовый пример, этот опыт я получил раз и навсегда. А примерил его на себя очень рано, в 18 лет, в этом смысле у меня не было длинного разбега. Поэтому было, конечно, очень непросто. Но, видимо, стержень и конструкция родительской семьи была такой сильной, что и мне удается держать ее вот уже 25 лет! А в воспитании детей все самое главное — самое простое. Уважение и взаимопонимание. С детьми надо разговаривать, они должны быть включены в вашу жизнь. А еще их надо просто любить и баловать, пылинки сдувать, особенно в первые годы — в этом целиком поддерживаю японцев и их философию в отношении детей.

— Федор, вы сильный человек с активной жизненной позицией. Вы авторитарны?

— Да.

— Так всегда было или это качество в вас проявила жизнь?

— Скорее второе. Задачи слишком большие и просто нет другого инструмента для их реализации.

— Что вы вкладываете в слово «ответственность»?

— Все. Ответственность за детей, семью, за фамилию, за отца своего, как бы это пафосно ни звучало. За то огромное количество людей, которые со мной работают.

— Эта ответственность для вас тяжелый груз или уже привычное состояние?

— Привычное состояние.

— Какие самые главные приоритеты в жизни?

— (Не задумываясь.) Дочь Варя на первом месте. А потом кино и все остальное.

— Осенью у вас большая премьера фильма по роману Оксаны Робски «Про любоff/on», где вы играете олигарха. Вы, наверное, хорошо знаете такой тип людей. Конкретный человек был у вас перед глазами?

— Да, конечно, этих людей я знаю. Но я не буду вам ничего отвечать. Потому что там действительно много совпадений и соприкосновений с реальными прототипами! (Смеется.)

— С Оксаной Фандерой, которая играет вашу жену, вы знакомы много лет. Как вам работалось с ней, да еще в таком непростом любовном сюжете?

— О, мне так повезло с партнершей! И с Олей Сутуловой! Они обе неповторимые актрисы, оригинальные, умные! На самом деле, если фильм зритель примет, то это будет их заслугой — а я так, обрамление! Только место заполнял.

— Любовный треугольник. Очень личная, интимная история. Вы ее на себя примеряли?

— Конечно, как же иначе?

— И…?

— Снова ничего вам не скажу.

— Тоже ответ. Чего вы ожидаете от жизни в ближайшее время?

— Знаете, у меня был такой тяжелейший период, связанный с выходом «Обитаемого острова»… Я думал, что будет тяжело, но даже не представлял себе, что так… Поэтому сейчас впервые за долгое время я проживаю свои лучшие дни, часы, минуты. Может, впервые за 43 года! Я ощущаю такое невероятное чувство подъема! Но для этого надо было пройти определенный путь.

— В следующем году вы снова начинаете долгую и трудную историю — съемки масштабной картины «Сталинград».

— Да. Меня необычайно интересует и волнует эта тема. Я смотрю, что снимают о войне и в мире, и в России, и может, это прозвучит нагло, но мне есть что сказать зрителям.

— Премьера «Сталинграда» будет приурочена к 70-летию Сталинградской битвы. Известно, что так называемая генетическая память о войне живет всего 25 лет. Следующие поколения Великую Отечественную и, скажем, войну с Наполеоном воспринимают практически одинаково отстраненно. Для кого вы будете снимать фильм? Молодежи это, наверное, уже неинтересно.

— Мне пришлось как-то общаться с Оливером Стоуном. И он сказал, что ему своими фильмами важно зацепить и бабушку, и мальчика, и девочку, и влюбленную пару. Согласен с ним абсолютно. Знаете, никогда нельзя рассуждать вообще. Главные вопросы — как это сделано и кем сделано. Попадает ли это в аудиторию, в ее сегодняшние болевые точки. Если чувствовать такие вещи, не лукавить ни с публикой, ни с собой, тогда вопроса о том, принимает ли молодежь фильмы о войне или нет, просто не возникнет.

ТЕКСТ: НИНА СУСЛОВИЧ

ФОТО: ЛЮБОВЬ ШЕМЕТОВА

Федор Бондарчук

Комментарии

В России — другие статьи: