Никита Ефремов

Старший сын известного актера Михаила Ефремова рассказал в интервью HELLO! о взаимоотношениях с отцом и о том, трудно ли быть продолжателем знаменитой актерской династии.

«Те, кто знают моего отца, заведомо ожидают, что я такой же хулиган»

На своего знаменитого отца Никита Ефремов похож как две капли воды. Голос, улыбка, взлохмаченные волосы, «фирменный» прищур... 18-летний студент Школы-студии МХАТ и продолжатель знаменитой актерской династии давно привык к таким пристальным взглядам, выискивающим сходства и различия. Но сравнения со знаменитыми родственниками не боится. Никита – герой другого времени и другого кино. Недавно на экраны вышел первый полнометражный фильм Никиты – молодежная комедия «Ненасытные», в котором начинающий актер сыграл «мальчика-мажора». Однако детство самого Никиты совсем не было мажорным и беззаботным. Он был совсем маленьким, когда его родители расстались, и почти ничего об этом не помнит.

«Узнать что-либо от отца невозможно, – объясняет Никита. – Маму тоже не хочется мучить расспросами. Но родители остались в хороших отношениях и могут вести нормальный диалог». Сейчас, когда Никита повзрослел и сам стал актером, они с отцом стали общаться чаще. Хотя Михаил Олегович в своих педагогических методах весьма парадоксален: «Самое лучшее воспитание – просто не знать своих детей. Я не смотрю игру Никиты и никаких советов на этот счет ему не даю».

– Никита, что сказал твой отец, узнав о том, что ты собираешься поступать в театральный?

– «Не ходи, сынок, не надо тебе это». Зная все тяготы профессии, степень зависимости актера, папа не желал мне такой судьбы. Он мечтал, чтобы я владел другим ремеслом, например стал оператором.

– Но ты все-таки не послушался.

– Да, я решил стать актером в старших классах. Я учился в довольно крутой школе с математическим уклоном, но в один момент понял, что какой-нибудь мехмат или ВМК меня абсолютно не притягивает. А гуманитарное образование казалось мне дико скучным. Оставалась одна дорога – в театральный.

– Чувствовал к себе какое-то особенное отношение со стороны приемной комиссии МХАТ? Мол, посмотрим-посмотрим, на что способен внук великого Ефремова…

– Ну, может быть, что-то такое и было. Но педагоги все-таки люди серьезные и не будут проявлять свое любопытство или скептицизм. Какая им разница? Если человек способный, то его берут независимо от фамилии.

– И как, не разочаровались педагоги, что тебя выбрали?

– Думаю, у них бывают поводы быть мной недовольным – я не очень прилежный студент. Случается, засыпаю на лекции, а потом просыпаюсь в конце лекции где-то на полу под партой от громких аплодисментов педагогу.

– По отцовской линии у тебя все знаменитости. А вот про твою маму ничего неизвестно.

– У меня замечательная мама, она – филолог. Мой дед был профессором филологического факультета МГУ, и мама пошла по его стопам.

– Как они с отцом познакомились?

– Мама работала в литературной части Театра «Современник», там они и познакомились, начали встречаться. Мама рассказывала, что папа очень красиво ухаживал. Однажды в свой день рождения мама проснулась и увидела, что вся комната в цветах. Это были не розы в дорогом хрустале, а самые простые луговые цветы. Они стояли везде – на полу, на подоконнике, на тумбочке, в банках, в баночках, в ведрах… И еще папа хотел купить ей самое красивое на свете платье, когда разбогатеет. Вот только не знаю, купил или нет?

– Когда ты был маленьким, вы с отцом часто общались?

– Помню какое-то общение мельком, он приезжал ко мне на дни рождения. Больше помню совместные поездки – в Саратов, на Волгу, к маме Ксении Качалиной, в Калужскую область на съемки фильма Митты «Граница. Таежный роман», в Ялту. Сейчас мы с отцом стали ближе, я повзрослел, и ему стало со мной интереснее. Помимо профессии нас еще объединяет футбол. Но в общем-то мы видимся нечасто. Ни у него, ни у меня нет времени. Иногда можем сходить поесть вместе, иногда он зовет меня на какую-нибудь премьеру – мы вместе ходили на «Дневной дозор», на «9 роту».

– А своего знаменитого деда Олега Николаевича Ефремова ты помнишь?

– Смутно помню, как меня семилетнего привели к нему в кабинет... А более сознательное мое знакомство с дедушкой, к сожалению, началось с панихиды во МХАТе. Мне тогда было 12 лет, в церкви мне стало плохо, очень душно было – столько народу пришло! За несколько дней до его смерти мы были у деда на квартире. Он был совсем плох, и все родственники собрались, чтобы попрощаться. Нас завели к нему, поснимали. Но эти пленки впоследствии почему-то засветились. Ничего не осталось...

– Никита, твой отец и дед всегда пользовались успехом у женщин. А ты?

– Ну-у-у не знаю… (Смеется.) Сейчас у меня есть девушка, ее зовут Лена Дудина, мы учимся на одном курсе. Мы начали встречаться 10 месяцев назад. Первый раз я увидел Лену на поступлении, она читала Достоевского: бойкая, общительная, в какой-то огромной юбке, этакая гарна дивчина. А потом мы оказались на одном курсе, и вот как-то так все получилось…

– Скажи честно, тяжело оттого, что тебя постоянно сравнивают с отцом?

– Ну да. Это иногда бесит. Многие учителя, вспоминая отца, который был бунтарем, заведомо ожидают, что я такой же хулиган. Чтобы нас перестали сравнивать, наверное, надо дожить до его возраста. Надеюсь, к тому времени я и сам из себя буду что-то представлять. Хотя мне кажется, чтобы достигнуть его актерского уровня, надо очень постараться. Про мои потрясающие гены и принадлежность к актерской династии все больше окружающие говорят. А я… Я просто горжусь, что я – Ефремов.


Комментарии