|
|
||
Дима Билан: любовь как музыка
Сегодня популярный певец влюблен, и это вдохновляет его на создание новых песен. Он рассказал HELLO!, что в последнее время его музыка стала серьезнее, а чувства — более зрелыми.
Диму Билана теперь не узнать. Все-таки меняет успех человека! Не так давно он был простым, беспечным парнем в спущенных по моде джинсах и белой майке, и вот уже перед нами полный достоинства молодой джентльмен в строгом костюме. Дима сменил имидж, но неизменно главное — он по-прежнему любим публикой. Певец только что из Америки. Там он записывает англоязычный альбом с самым модным сегодня продюсером — Тимбалендом. Это человек, который знает, как должна звучать современная музыка, именно он виновник успеха последних работ Мадонны, Джастина Тимберлейка и Нелли Фуртадо. Теперь Тимбаленд всерьез взялся за российского артиста и уверен, что у Билана есть все шансы стать популярным на Западе. Несмотря на то, что Дима держится очень просто, все в нем заявляет: я — суперзвезда. Он расслаблен и уверен в себе, позирует со знанием дела, а неспешной мягкой пластикой напоминает льва. Он предпочитает обращаться на «вы», хотя еще недавно, в пору «джинсов и маек», все больше говорил на «ты». Как говорится, положение обязывает. — Дима, должно быть, выбраться за город и провести время на свежем воздухе — для вас редкость? — Стараюсь делать это чаще, потому что отдых на природе для меня — лучшее, что может быть. Здесь, на причале, возле воды я чувствую себя очень комфортно и спокойно, здесь можно просто помолчать. Я был на Байкале, в тайге, в Красноярске — видел много очень красивых мест. И везде, где бываю, фотографирую. — Говорят, у вас есть способности к фотографии… — У меня есть несколько знакомых, разных — и любителей, и ценителей, которые очень высоко отзывались о моих фотосессиях, сделанных прямо с ходу, на улице. Конечно, нужно иметь время, чтобы серьезно заниматься фотографией. Зато потом так приятно, когда к тебе приходят гости и ты им показываешь — а вот это закат, а вот это рассвет. Жаль, у меня нет при себе снимков, чтобы показать — с собой только рисунки. — Вы еще и рисуете? — Да. Сказывается, видимо, мое стремление к самореализации. Я часто езжу на вернисажи к моим знакомым. Жутко увлекательно, я могу целый день ходить по этому маленькому пятачку. Недавно брал несколько уроков раскрепощения в живописи, пробовал рисовать акварелью, передавать настроение. Вообще, это желание уйти от однообразия. Концерты и съемки для меня мало-помалу становятся обыденностью и рутиной, а моя философия жизни — всегда удивляться, находить что-то, чего не умеешь. — Перемены в стиле — это тоже стремление к разнообразию? В последнее время вы сменили джинсы и майки на костюмы. — У любого человека на протяжении жизни пристрастия меняются, вот и мои тоже. Костюм отражает более закрытое состояние, это футляр, надевая который ты деликатно даешь понять другим людям, что ты закрыт, сохраняешь себя, бережешь свои эмоции. Да и вообще для жизни в городе деловая одежда более уместна. В последнее время у меня много разных переговоров, так что костюм мне очень подходит. — С чем связано ваше желание закрыться? — Я всегда двигался по жизни очень эмоционально. Но в какой-то момент приходит разумное отношение к происходящему, когда ты уже не можешь все время отдавать, а понимаешь, что нужно экономить, сдерживать эмоции, грамотно использовать свое время. Ну и все-таки возраст — 25 лет, четверть века. (Смеется.) — Вам кажется, это много? — В жизни популярного человека — а я могу похвастаться 5-летним стажем такой жизни — картинки меняются очень быстро, все проходит в сжатом, концентрированном виде. Поэтому и взрослеешь быстрее, и ценности меняются быстрее. — Дима, при такой популярности вокруг вас наверняка немало людей, которые хотят дружить. У вас есть при этом настоящие друзья? — Да, есть. Конечно, сейчас, когда я испытываю избыток и даже переизбыток внимания, мне приходится анализировать и ставить под сомнение искренность отношений. Я тщательно оберегаю родителей, у меня полноценная, замечательная семья: мама, папа, две сестры. От своих родителей я ни разу не слышал ни одного бранного слова. Так вот, друзья для меня тоже относятся к этой неприкосновенной категории. — У вас возникали мысли завести свою семью? — Я на пути к этому: я уже понял, почему человек приходит к выводу, что нужно создавать семью. В какой-то момент устаешь жить наполовину — здесь полпредложения, там полпредложения. Хочется конкретики: приходить домой и знать, что тебя там правильно воспримут. А правильно понять тебя смогут только те, кто отдаст тебе часть своей жизни. И это уже не друзья, здесь речь идет о любви. — Вы действительно влюблены в модель Лену Кулецкую, как об этом пишут? — Да. — Насколько трудно быть влюбленными и так много времени проводить вдалеке друг от друга? Вы оба в постоянных разъездах… — Мы знакомы полтора года и встретились уже состоявшимися людьми, так что остается принимать то, что у нас есть. Это, конечно, хорошо, когда ты долго не видишься, а потом при встрече возникает эйфория. Но если поле деятельности — шоу-бизнес, то постоянно возникает ревность, все время думаешь, что вот на этой фотосессии твоего любимого человека кто-то еще был, этот видеоролик кто-то снимал... Я сам это чувствую и понимаю, что такие же эмоции могут возникнуть и у Лены, когда она смотрит на мои работы. Это непросто. Я знаю, что люди иногда сознательно выбирают себе одну девушку для семьи, другую для общения, понимаю, что это удобно, и все бы было ничего, если бы я не любил на самом деле. А я — люблю! — Но самолеты все равно первым делом? — Для меня самореализация — самое важное. Меня так воспитали. Всегда приходилось что-то доказывать, и я настолько привык это делать, что не могу остановиться. — Кому и что доказываете? — Ну, наверное, себе — преодолею что-то или нет. Такая вот игра получается, и если ее не будет, мир немножко потускнеет. Это база, на которой все строится. Мужчина должен быть удачлив. Поэтому для меня важна работа. Но работы, песен и музыки нет без любви — это неразрывно. — После того как самому себе докажете, что вы — певец мирового уровня, какая вершина будет следующей? — Я стараюсь не говорить о своих планах и идеях. Я предпочитаю делать и потом рассказывать. Не люблю выставлять на всеобщее обозрение то, что недоделано. Конечно, я человек эмоциональный, мне часто хочется тут же поделиться тем, что получилось, но раньше времени нельзя. — Ну, тогда поделитесь хотя бы впечатлениями от работы в Америке. Вы ведь работаете с настоящими звездами американского шоу-бизнеса. — Притом, что на Западе музыка — это все-таки бизнес, я столкнулся с тем, что процесс создания песен может быть абсолютно интимным. В студию звукозаписи там ни в коем случае не попадают случайные люди, никто не нарушает атмосферу полной медитации. Там песни поистине рождаются. Это настолько магический процесс, что он вызывает эйфорию. А сами люди… Скажу так. Кто-то может себе позволить заказать композитора, купить альбом, но моя движущая сила — искреннее общение и дружба с этими людьми. Деньги — это еще далеко не все. — Награды — это, конечно, признание, это очень приятно, и я благодарен всем своим поклонникам и тем людям, которые посчитали меня достойным высоких призов. Но знаете, уже на следующий день награда становится обузой, она требует идти вперед и доказывать, что ты ее заслуживаешь. Много жертв у артиста, на самом деле. — И что заставляет идти на эти жертвы? — (Задумывается.) У каждого человека есть воспоминания о ранней юности — первый поцелуй, первый медленный танец и песня, под которую все это происходило. Это одни из самых сильных впечатлений. И если под мою песню девушка или парень в первый раз поцеловались или занялись любовью — значит, стоило ее спеть и все усилия не напрасны. Текст: Елена Кузнецова КомментарииВ России — другие статьи: |
Добавить комментарий