Антонио Бандерас

Знаменитый актер пригласил HELLO! в Аргентину на презентацию своего нового аромата и в эксклюзивном интервью рассказал о том, что не хочет становиться американцем, как воспитывает двоих детей и почему его брак с актрисой Мелани Гриффит – один из самых крепких в Голливуде.

«Мне очень нравится быть женатым. Я всем доволен и совершенно не скучаю по своим холостяцким годам»

Мы встретились с Антонио Бандерасом в Буэнос-Айресе, где он представлял свой новый мужской аромат Blue Seduction. Названия его парфюмов всегда обыгрывают тему соблазнения, и не зря. Когда 47-летний испанец входит в номер отеля, где его ожидает наша съемочная группа, сразу становится понятно, почему он стал голливудским секс-символом и покорил сердце Мелани Гриффит. Подтянутый, загорелый, с проникновенным взглядом – он буквально источает сексапильность. Узнав, что мы приехали из Москвы, актер заключает нас в объятия и восклицает: «Ничего себе! Вы проделали такой длинный путь?! Я умираю – так хочу поехать в Россию! Все говорят, что это невероятная страна. Меня уже несколько раз приглашали на Московский кинофестиваль, но мне все никак не удавалось выкроить время».

Несмотря на то что за последние две недели он переезжал из страны в страну и постоянно давал пресс-конференции, Антонио весел, бодр, охотно позирует и откровенно отвечает на вопросы. Во время интервью актер смотрит прямо в глаза, и кажется, что в этот момент для него существуешь только ты. Теперь понятно, почему он так гипнотически действует на женщин! Бандерас моментально отключается от внешнего мира и понижает тон, чтобы, кроме меня, его никто не слышал – разговор получается очень задушевным.

— Вы приехали в США из Испании больше 15 лет назад. Тогда многие говорили, что карьеры в Голливуде вам не сделать – в частности из-за вашего акцента. Но теперь этот самый акцент считается частью вашего образа и неповторимого шарма…

— И именно из-за него мне предложили озвучить роль Кота в сапогах в мультфильмах про Шрека! Забавно, да? А когда-то мне предрекали, что роли мелких преступников станут моим потолком. (Смеется). Думаю, в том, что у меня все получилось, определенную роль сыграла удача. Но главное – я очень много и тяжело работал. Скажем, свою первую кинороль в Америке, в «Королях мамбо», я играл фонетически – то есть я заучил все слова на слух, при этом совершенно не понимая их значения!

— Как получилось, что вы решили обосноваться в США?

— Впервые я попал в Америку благодаря фильму Педро Альмодовара «Женщины на грани нервного срыва», который номинировали на «Оскар». Я не принимал сознательного решения остаться: просто захотел попробовать – вдруг что-нибудь получится. Это было похоже на авантюру. Теперь я понимаю, что выглядел полным идиотом – ведь я не знал ни слова по-английски! Помню, я сидел в отеле и даже не мог заказать себе еду в номер. Тогда я вышел на улицу и в ближайшем магазинчике увидел парня, на бейдже у которого была написана его фамилия – Родригес. Я понял, что он говорит по-испански, и бросился к нему как к отцу родному! И сумел с его помощью купить себе поесть. (Смеется).

— Но теперь вы комфортно чувствуете себя в Америке?

— После 18 лет, проведенных там, я чувствую себя как дома. Но это скорее не из-за самой страны или того, что она мне дала, а из-за моей семьи… Я не хочу становиться американцем – у меня даже нет вида на жительство, я работаю по специальному разрешению, а это говорит само за себя. Это означает, что я – испанец и собираюсь им остаться. В Испании находится и моя продюсерская компания. Мы занимаемся авторским, экспериментальным кино, а американская киноиндустрия ориентирована почти исключительно на коммерческие фильмы.

— Ваше желание оставаться испанцем связано только с профессией или американский образ жизни вам не близок?

— И это тоже. Мне, честно говоря, не очень нравится Лос-Анджелес, это даже не город, а просто огромная куча домов. У него, например, нет центра. Все, что вы делаете, вы вынуждены делать на машине – там невозможно передвигаться пешком, как, скажем, в Мадриде или Барселоне. Я бы хотел переехать в Нью-Йорк, потому что он больше похож на европейские города и более реален, что ли. Конечно, там своеобразные люди – запросто могут обхамить вас на улице. Но это как раз потому, что они – реальные люди, из плоти и крови.

— В традиционной испанской семье мужчина – абсолютный лидер. Но ваша жена Мелани Гриффит – знаменитая актриса и независимая женщина, выросшая в Америке. Вы нашли способ стать равными партнерами в браке?

— В нашем доме все решает Мелани. А я – образцовый подкаблучник! (Смеется). А если серьезно, то я никогда не считал, что мужчина должен быть главным в семье. С годами я пришел к выводу, что мужчина и женщина должны быть на равных, поэтому не строю из себя крутого самца. И я терпеть не могу таких показушных мачо (надувает щеки, выпячивает грудь) – думаю, люди таким образом просто самоутверждаются. Я не чувствую в этом нужды – с моей самооценкой и так все в порядке. И в семье моих родителей этого не было.

— Вы всегда тепло отзываетесь о родителях. Похоже, ваше детство было безоблачным…

— Детство я провел в Малаге, там я родился и вырос. Моя мама была учительницей, а отец – полицейским. У нас была абсолютно нормальная семья. Может быть, мои родители были более терпимыми, чем другие, – учитывая то время и политическую ситуацию в Испании. Оглядываясь назад, я понимаю, что все мои воспоминания – счастливые. Я помню наши игры на улице, море, солнце… Я был счастливым ребенком.

— А своих детей вы воспитываете так же? Не стараетесь навязывать им свою волю?

— Тут надо понимать, что у меня двое приемных детей – сын и дочь Мелани от предыдущих браков. У них есть родные отцы, и поэтому, хоть я их и воспитывал, я никогда не мог быть с ними строгим – просто не имел на это права. Но в любом случае я не верю в наказания – ни в физические, ни в любые другие. В детстве меня никогда не били, и, поверьте мне, я в жизни ничего не упустил! Я считаю, что всегда лучше просто поговорить. Даже с самой маленькой, Стеллой, своей родной дочерью, я разговариваю как со взрослым человеком. Так что со всеми детьми у меня доверительные отношения. Я никогда на них не давлю. Мы с Мелани, к примеру, не пытаемся повлиять на их выбор профессии — мы просто стараемся сделать так, чтобы они уважали других людей, даже тех, кто думает не так, как они. Мне кажется, это самое важное.

— Значит, у вас – идеальная семья?

— Ну, этого я никогда не утверждал! (Смеется). Мы с Мелани оба по гороскопу Львы. Когда мы что-нибудь обсуждаем или ссоримся, это слышно за километр. Но я могу сказать, что мне очень нравится быть женатым. Я всем доволен. Я не скучаю по своим холостяцким годам. Мне очень комфортно в том месте, где я нахожусь.

— У вас есть несбывшиеся мечты? Или вы уже добились всего, чего хотели?

— Конечно, как и у любого человека, у меня есть мечты! Например, я бы хотел вернуться на Бродвей. Я очень скучаю по сцене. Театр у меня в крови: я начал свою карьеру на театральных подмостках, и именно там, я считаю, актер на 100 процентов вживается в своего персонажа. Ты чувствуешь публику и из-за этого играешь совсем по-другому. Я бы хотел снять еще один фильм в качестве режиссера. Я планирую поставить оперу в Испании… У меня масса нереализованных планов – просто мне нужно найти время, чтобы все их осуществить.

Текст: Светлана Сачкова
Фото: Вадим Гортинский

Фотографии к статье

* Нажмите, чтобы увеличить

Антонио Бандерас

Фотографии к статье

Комментарии

За рубежом — другие статьи: