|
|
||
Где встретила свою любовь балерина Мария Александрова
Полгода назад прима-балерина Большого театра вышла замуж. Маша познакомила HELLO! c мужем Сергеем и поделилась с нами историей своей любви.
«Здравствуйте, с вами говорит прима-балерина Большого театра Мария Алексан-дрова, – Маша звонит начальнику охраны театра, чтобы нас пустили без пропуска. – Со мной журналист на интервью, под мою ответственность». Свой личный пропуск в Большой Александрова получила десять лет назад без особых проблем. «Меня, конечно, никто хлебом-солью не встречал, – вспоминает она теперь. – В театр я попала как обычная выпускница хореографического училища. И мой первый выход был в кордебалете – в спектакле «Жизель» в партии «Корзиночек». А уже через полгода с подачи Владимира Васильева она танцевала Мирту в премьере новой редакции «Жизели» во втором молодежном составе. Сегодня Александровой сыграно в Большом уже 60 партий. Бывает, что в день она репетирует по два-три балета: «Я честно трижды пыталась начать учить иностранный язык, но так и не смогла – в голове совершенно другая информация и остальное просто не усваивается. Да и на все надо время». Из-за его острого дефицита Маша много лет жертвовала не только безмятежными посиделками с подругами в кафе и походами по магазинам, но и личным счастьем. Однако эта ситуация изменилась год назад – Маша совершенно случайно встретила человека, которого, по собственному признанию, наконец смогла назвать своим. Летом Александрова вышла замуж. Она утверждает, что такой поворот в судьбе и для нее самой стал большой неожиданностью. Хотя Маша по-прежнему уверена, что в жизни все происходит вовремя: «Видимо, сначала мне надо было сделать карьеру: стать тем, кем я стала». — Маша, а вы всегда представляетесь: «Мария Александрова – прима-балерина Большого театра»? — Нет, конечно. Но иногда, как вы видели, это помогает преодолевать некоторые препятствия. (Смеется). У меня никогда не было нездоровых амбиций. Кто за чем идет в профессию: кто за популярностью, кто за славой, кто за деньгами. Для кого-то это такая спортивная гонка. Мне не нужно ни то, ни другое, ни третье – я просто люблю танцевать. И, конечно же, я не считаю себя популярным человеком – только, может быть, известным в своих кругах. (Смеется). Слава вообще очень серьезное испытание, поэтому я никогда к ней и не стремилась. Я считаю, что у меня все в жизни складывается правильно: с золотой медалью – в кордебалет, из кордебалета – в солисты. Обязательно нужно пройти все ступени – если перескакивать, то можно что-то и упустить. Я уверена, что в жизни не должно быть резких скачков. — Вы ведь не так давно стали заслуженной артисткой России. Скажите, как это «помпезное» звание соответствует такой хрупкой барышне, которой нет и тридцати? — Звание дает статус – я уже не новичок, мои шаги не первые и потому более уверенные. И меня совсем не пугает это слово – «заслуженная»… А вот что действительно не радует, так это ощущение, что жизнь пролетает молниеносно. Был момент, когда я зашла в театр в октябре, а вышла в апреле – репетировала несколько балетов один за другим. И когда появилось немного свободного времени, я вдруг осознала, что как один миг прошло уже полгода! За это время в стране и мире уже столько всего произошло: от государственных переворотов до выхода новых фильмов и книг… Поэтому мне кажется, что я я работаю всего-то года два-три, а когда вспоминаю, что десять, – становится немного досадно. — А на сколько лет вы себя сами ощущаете? — Я знаю точно, что мне за 21. Хотя само ощущение у меня, будто мне еще нет и 20. Знаете, очень долго у меня не спрашивали возраст, а потом как-то спросили, и я растерялась. Недавно я стала заучивать: мне за 25, мне за 25… Кстати, некоторых сбивает с толку мое звание: такая молодая и уже заслуженная артистка?! (Смеется). — Маша, полгода назад вы вышли замуж. Это было принципиально – сначала сделать карьеру, а только потом устроить личное счастье? — Нет, у меня всегда была принципиальная позиция: выйти замуж исключительно по любви. Поэтому я довольно долго искала человека, которого смогла бы назвать своим. Всегда считала – выходить замуж нужно только тогда, когда по-другому просто нельзя. Сергей творческий человек – он художник, что мне безусловно близко. К тому же он невероятно красивый – высокий брюнет с голубыми глазами. Редкое такое сочетание. (Смеется). Но главное, конечно, не это. Он очень добрый, заботливый: я часто прихожу жутко уставшей после спектакля и так приятно, что иногда не надо готовить ужин, он уже приготовлен… У нас дома теплая, душевная атмосфера. Даже мои абиссинские кошки, которые вообще редко кого в принципе переносят, приняли Сергея как родного. — Вы сказали, что искали своего человека: в буквальном смысле или сложилось так, что вы встретились? — Сложилось. Как говорится, судьба. Мы вообще по идее не должны были встретиться. Прошлым летом нас совершенно случайно познакомил общий друг. Он просто перепутал время, договорившись о встрече и со мной, и с Сергеем. А когда понял, что мы сейчас все вместе пересечемся, то попытался как-то нас развести: звонил мне – я не брала трубку, звонил Сергею – он тоже к телефону не подходил… Так и встретились. А меньше чем через год мы поженились. Знаете, мне нравится быть женой. Однажды утром я поняла, что абсолютно счастлива. Здесь надо уточнить, что для артистов балета утро – это самое ужасное время. Ты только просыпаешься, но уже очень хорошо понимаешь, сколько усилий тебе придется потратить в течение дня, сколько всего надо сделать… Поэтому совсем не хочется вставать, да еще после вчерашнего спектакля болит и ломит тело… А тут я просыпаюсь и вдруг понимаю, что у меня море энергии, я в прекрасном настроении – потому что рядом со мной есть любимый человек. Раньше я считала, что штамп в паспорте – это такая ерунда и можно существовать вне всяких рамок. Но сейчас я знаю, что это не ерунда. После этого штампа в голове что-то щелкает – ты понимаешь, что уже не одна и уже все свои поступки совершаешь и все решения принимаешь согласно этому. — А до замужества, принимая самые важные решения, вы ни с кем не советовались? С родителями, например? — Я с детства была свободолюбивой, и надо сказать, что родители этому никогда не препятствовали. Например, когда я решила, что буду заниматься балетом, на семейном совете мы вместе обсуждали, чем мне грозит этот выбор. И, может быть, впервые тогда они пытались меня предостеречь: говорили, что в этой профессии ничем не смогут мне помочь. Однако потом именно они приложили максимум усилий, чтобы детство, которое закончилось в 10 лет с моим приходом в хореографическое, все-таки у меня было. И было просто чудесным! К сожалению, оно закончилось, когда не стало папы – я как раз пришла работать в Большой и полностью погрузилась в мир балета, у старшего брата появилась своя семья… Нет, мы часто видимся, мама по-прежнему поддерживает меня во всем: приходит на мои спектакли, даже если плохо себя чувствует. Просто из отношений ушло нечто особенное… Это для меня больная тема. — Вот заговорили о муже, о любви, о семье, и у вас на глазах появились слезы… Вы вообще сентиментальны? — Да, и хотя в балете мне лучше удаются характерные героини, я сама очень романтическая натура – меня растрогать ничего не стоит. Поэтому о своей личной жизни я не люблю рассказывать: говорю о ней в интервью вообще в первый и, наверное, в последний раз. Я думаю, что делиться своим сокровенным и интимным с миллионами – признак дурного тона. Открыться, на мой взгляд, можно только самым близким людям. Нужно всегда думать о последствиях: кто-то позавидует, кто-то осудит… Зачем мне этот негатив?! — А это касается только разговоров о личном или для Playboy вы тоже не разденетесь? — Вряд ли вообще разденусь... Хотя я же никогда не говорю «никогда» – это мой самый главный жизненный принцип. (Смеется). Текст: Евгения Оралова
Фотографии к статье
* Нажмите, чтобы увеличить КомментарииВ России — другие статьи: |
Добавить комментарий