|
|
||
Алексей Герман-младший
На Венецианском кинофестивале режиссер Алексей Герман-младший представил свою новую работу – фильм «Бумажный солдат». На премьеру картины на остров Лидо приехала Чулпан Хаматова, сыгравшая одну из главных ролей.
На момент выхода журнала Венецианский кинофестиваль уже закончится и будут известны его итоги. Когда номер сдавался в печать, еще не было понятно, каковы шансы российских режиссеров – Алексея Германа-младшего с фильмом «Бумажный солдат», участника основного конкурса, и Михаила Калатозишвили с картиной «Дикое поле», представленной во второй по значению программе «Горизонты». Фестиваль в Венеции отличается избирательностью: попасть туда очень сложно. 21 картину в основной конкурс отбирали из 23 тысяч работ со всего мира! Между тем уже третий фильм Алексея Германа-младшего попадает на Мостру. Венеция всегда приветствует фильмы нетрадиционные, штучные, не голливудскую продукцию, набитую спецэффектами, а глубокие ленты, погружающие зрителя в мир сложных человеческих отношений. Именно такие картины снимает Герман. Первая его работа, «Последний поезд», рассказывала о последнем дне немецкого доктора, оказавшегося в России в 1943 году. Второй фильм, «Гарпастум», обращался к эпохе Первой мировой войны и жизни простых питерских мальчишек. Новая картина Алексея «Бумажный солдат» – снова о прошлом. Советский Союз, идет подготовка к первому полету человека в космос. И на фоне этого развивается запутанная история отношений главного героя, врача отряда космонавтов, и двух любящих его женщин. Мы встретились с Алексеем на острове Лидо накануне премьеры «Бумажного солдата». На Лидо проходят все кинопоказы, в знаменитых отелях Excelsior и Des Bains останавливаются звезды и дают пресс-конференции и интервью. С самого утра там царит суматоха: перед Palazzo del Cinema и зданием пресс-центра бегают сотни журналистов с теле- и фотокамерами, грозные итальянские карабинеры проверяют документы, чтобы отсеять зевак, надеющихся хоть одним глазком взглянуть на кинозвезд… Мы с Алексеем присаживаемся в лобби отеля Excelsior. У режиссера всего 15 минут на разговор: в очереди несколько съемочных групп. Он заказывает шпритц – традиционный венецианский коктейль из белого вина, кампари и газированной воды. Видно, что он устал, но очень рад вниманию к своему фильму. – Алексей, действие картины происходит в начале 60-х. Как личная история главных героев связана с этим временем? Она могла бы произойти в другую эпоху? – Это было время, когда казалось, что скоро наступит новая прекрасная жизнь. В начале 60-х появилось совсем другое дыхание времени: буквально за 2–3 года до этого страна изменилась, у людей появилось ощущение невиданной свободы. Правда, все это довольно быстро закончилось. По большому счету, это история потерянного поколения, которое в полной мере себя не реализовало. Но кино не зациклено на эпохе, какая-то часть истории универсальна, она могла бы произойти в любое время – это история любви и поиска себя, мучительного поиска счастья. – В ваших фильмах для актеров самое важное – передать сложный внутренний сюжет при внешней обычности ситуации. И так трудно, наверное, было искать актера на главную роль… – Мы очень долго его искали, порядка пяти месяцев. Мераб Нинидзе – крупнейший европейский актер, который в свое время сыграл в фильме «Нигде в Африке» немецкого режиссера Каролин Линк, получившем «Оскар» как лучший зарубежный фильм в 2003 году. Мы нашли Мераба в Австрии, где он живет, он приехал ко мне на пробы в Питер. Где-то за сутки общения мы с ним чудовищно друг друга измучили, я его ненавидел, он меня ненавидел. Но Мераб был именно тем, кого я искал. – А Чулпан вы сразу планировали на роль? – Я всегда понимал, что Чулпан – крупнейшая русская актриса. На меня, конечно, сейчас все остальные обидятся, но что сделать? Пусть обижаются. Она никогда не стоит на месте, постоянно растет. Тем не менее Чулпан все равно проходила пробы, потому что с ролью нужно совпасть. Дальше мы сложно работали, дружили, ссорились, ругались. Где-то был прав я, где-то – она. Ну, как обычно это происходит. – Вы всегда хотели стать режиссером? – Вы знаете, я никогда не хотел стать режиссером. Изначально я учился на театроведа. Как правило, эту специальность выбирают люди, которые ищут себя. – Ваш отец Алексей Герман – режиссер с мировым именем. Может быть, в том, что вы не хотели идти по его стопам, вами двигало чувство протеста? – Да нет, я просто пытался найти какое-то место в жизни. На театроведческом факультете мне было интересно, но с конца первого курса учиться уже не захотелось. Я даже помню этот момент. Я сидел в библиотеке в читальном зале: это было в 90-е, здание разваливалось. Я пошел курить в какую-то облезлую комнату – профессора, доценты стояли в этом пропахшем дымом дешевых сигарет помещении, а посередине было ведро, в котором плавала отвратительная масса из воды и окурков… И вот в эту секунду я понял, что не готов таким образом провести свою жизнь. – Вы ушли из института? – Да, и поступил во ВГИК на режиссуру. И долго пытался что-то придумать, ставил отрывки, не все они были удачными, потом снял первую короткометражку, вторую короткометражку, третью… Но что-то о профессии я начал понимать намного позже. – Вам мешало то, что вас неизбежно сравнивали с отцом? – Мне это не мешало и не помогало. Было бы лукавством сказать: «Ой, как мне было плохо, что все говорили, какой папа замечательный, а я не очень». Ну, говорили, и всегда будут говорить, каким бы режиссером я ни был. Это моя жизнь. Есть люди, которые рыжие, допустим, и они ненавидят быть рыжими. Ну а какой в этом смысл? – А если у вас родится сын и станет режиссером, ему будут говорить: «Вот твой дедушка и твой папа были ого-го, а ты-то не очень…» – Если он будет адекватным человеком, он будет это адекватно воспринимать. А если он будет болезненным идиотом, он будет это воспринимать болезненно. – Что вас интересует помимо профессии? – В силу того что я занимаюсь профессией, как правило, 20 часов в день без выходных, я просто ничем больше не успеваю интересоваться. Вот сейчас я поставил на компьютер игру, называется World of Warcraft, сделал себе там такого гнома лысого с большими ушами (показывает на свои уши), чернокнижника, и теперь я всячески развиваю его судьбу. (Смеется.) – О личной жизни я вас не буду спрашивать… – Отчего же? Я здесь в Венеции с бывшей женой Наташей Герман. Мы дружим, она приехала меня поддерживать. Вообще-то мы с ней работали вместе над фильмом, а потом она меня уволила. (Смеется.) – При этом вы сохраняете прекрасное расположение духа. Может, вам помогает жаркое солнце, море, итальянская кухня… – Я вообще очень люблю путешествовать, но ездить, к сожалению, приходится только по работе. Я бы очень хотел отдохнуть как турист, это моя заветная мечта последние года три – куда-нибудь уехать и поваляться на пляже. Вот даже здесь рядом прекрасный пляж, но у меня совершенно не остается времени. Вчера мы с Наташей только вечером сумели на 20 минут выбраться к морю, прыгали здесь в фойе полуголые под не очень приязненными взглядами охранников – все уже вокруг ходили в вечерних нарядах. Меня никуда не хотели пускать, я показывал бейджик… А сегодня на меня накакала птичка – не знаю, хорошо это или плохо. Говорят, к деньгам. – Может, главный приз вам дадут? – Вряд ли. Скорее, мы сумочку украдем у кого-то. (Смеется.) Текст: Светлана Сачкова Фото: Любовь Шеметова КомментарииЗа рубежом — другие статьи: |
Добавить комментарий